бизнес журнал

Михаил Катков, русский публицист, издатель

Михаил Катков, русский публицист, издатель

Русский публицист, издатель, редактор газеты «Московские ведомости» и журнала «Русский вестник», основоположник русской политической журналистики, тайный советник, основатель и директор Лицея, который неофициально назывался «Катковским», – о вреде отрицания ради отрицания и о бессмысленности прогресса без уважения к прошлому.

Силою жизни, орудием успеха отрицание бывает лишь тогда, когда неразрывно связано с чем-нибудь положительным. Чем богаче наше стремление элементами положительными, тем плодотворнее движение и тем успешнее устраняется и падает все, что становится ему задержкой или препятствием.

Лишь тогда отрицание бывает делом жизни, когда служит, и только служит, положительным целям. Но отрицание ради отрицания, – разрушение и разложение, – это дело смерти, а не жизни. Это также движение, но не движение вперед, а тот обратный ход, которому подвергается все покинутое жизнью.

Движение вперед может совершаться только на твердой почве и лишь в той мере, в какой почва тверда. «Вперед» – значит, к лучшему, к высшему, к совершеннейшему, или «вперед» есть пустое, бессмысленное слово.

Станете ли вы богаче, если с каждым новым приобретением будете выбрасывать за окно, что добыли ранее?

Наши так называемые прогрессисты воображают, что чем больше будет поломано, побито и уничтожено, тем больше окажется и прогресса. Увы, они ошибаются! В разрушении ищите чего хотите, только не прогресса. Успех только там, где с приобретением нового не теряется прежде бывшее, вся сила прошедшего сохраняется в настоящем. Это равно относится и к отдельному человеку, и к народной жизни.

Прогресс возможен только там, где есть положительное начало; чем крепче убеждение в нем, тем вернее совершается дело прогресса.

Разумное воспитание не умерщвляет в душе человеческой даже тех сил, которые приняли решительно дурное направление; оно сберегает всякую силу и только старается дать ей другой оборот; оно уничтожает дурное не умерщвлением тех элементов, которые составляют его силу, а приведением их в лучшее сочетание или усилением благороднейших склонностей, которые, стесняя развитие того, что приняло дурной характер, и подчиняя его себе, пересоздают его и дают ему доброе направление.

Сила всякой страсти есть дело темное, вредное, пагубное, если она развивается, не подчиняясь ничему разумному; но эта же самая сила принимает иной характер, коль скоро что-нибудь лучшее берет верх над нею, не уничтожая, а только подчиняя ее себе.

Народная жизнь тем прогрессивнее и тем богаче, чем менее совершалось в ней успешных насилий, чем менее происходило в ней действительных разрушений, чем менее, наконец, забывала она свое прошедшее.

Всякое разрушение есть прямой вычет из ее прогресса. Если жизнь приобретет чтонибудь или что-нибудь потеряет, то она приобретет только то, что останется за вычетом, а за вычетом может остаться только нуль или даже минус.

Если было бы несправедливо предавать решительному осуждению те умы, которые не находят в окружающей среде никаких положительных идеалов и неспособны ни к какой другой деятельности, кроме отрицательной, то, с другой стороны, было бы нелепо думать, что в этой среде или в этих умах совершается дело жизни. Эти явления показывают только, где остановилась жизнь, куда не пошла она и куда идти не хочет и не может.

Мы убеждены в жизненных силах нашего народа, мы верим в его историческое призвание, мы верим, что темные моменты в его истории объяснятся и оправдаются в будущем; но мы не можем с радостным чувством смотреть на теперешнее умственное состояние наше.

Неуважение к существующему, легкость, с которою относятся у нас ко всякому факту, – вот причина той слабости, которою страдает у нас и общественное мнение, и понятия образованных людей.

Требования разума, идеи высшей справедливости, виды общественной пользы – все это прекрасно, но все это только тогда не мертвая фраза, когда выходит из действительного сравнения прав и интересов, в котором все достаточно оценено и взвешено, все в своей силе почувствовано и признано.

Нарушая право в мелком случае, мы нарушаем его в самом принципе и ослабляем то, что хотим превознести. 

От самого начала моей общественной деятельности, я ни к какой партии не принадлежал и никакой партии не формировал, не находился в солидарности ни с кем. Моя газета не была органом так называемого общественного мнения, и я большею частью шел против течения; газета моя была исключительно моим органом.

Ни с кем, ни в какой солидарности не находясь, я свято блюл свою независимость. Высказывал только то, что считал, по своему убеждению и разумению, полезным безо всякого лицеприятия или пристрастия.

Мы не будем заниматься искусством для искусства, как занимаются им именно те из наших литературных критиков, которые с свирепым бессмыслием протестуют против искусства для искусства. Только праздные и больные умы занимаются сами собой; только хилое искусство превращается в эстетические курсы; только лишенная производительности, безжизненная и бессильная литература роется в собственных дрязгах, не видя перед собою Божьего мира, и вместо живого дела занимается толчением воды или домашними счетами, мелкими интригами и сплетнями. 

ИСТОРИЯ


Всемирная слава пришла к Каткову в 1863 году во время польского восстания. В Польше и западных губерниях шли бои, европейские страны предъявили России дипломатическую ноту с требованием изменить политику в польском вопросе. Катков как редактор ежедневной газеты «Московские Ведомости» выступил за решительные действия. «Польское восстание вовсе не народное восстание; восстал не народ, а шляхта и духовенство. Это не борьба за свободу, а борьба за власть», – писал он. Катков обращал внимание и на пассивность Наместника в Царстве Польском Великого князя Константина Николаевича в условиях восстания. Весной 1863 года Михаил Никифорович прямо обвинил брата царя в измене! Это было неслыханной дерзостью – никто до этого не позволял себе подобного в адрес особы императорской фамилии. Однако двусмысленная политика Наместника в Польше действительно только провоцировала мятеж, и в этих условиях Катков не побоялся выступить против брата императора, хотя в любой момент мог угодить под арест. Однако он сумел провести свою кампанию против Великого князя в форме череды верноподданейших адресов, посланий и воззваний. В результате Каткову удалось добиться своей цели – Наместник уехал за границу «на лечение», а командующим в Северо-Западном крае с диктаторскими полномочиями был назначен, по предложению Каткова, генерал М. Н. Муравьев. К весне 1864 года восстание было подавлено. Роль Каткова, который сумел своим печатным словом переломить опасную для России ситуацию, сравнивают «с ролью политического лидера и военачальника».

Текст: Олег Горелов
Материал опубликован в журнале «Человек Дела» №4 (22), сентябрь-октябрь 2018
(Нет голосов)


Комментарии:


Ваше имя: 

Введите Ваше сообщение

Защита от автоматических сообщений:
Символы на картинке: 
Защита от автоматических сообщений




Журнал Chief Time для iOS Журнал Chief Time для Android

 

ht
отзывы о журнале
x
отзывы о журнале
Наша история о себе, о том, как мы создавали компанию в рубрике «Гость номера» оказала заметное влияние на доверие к компании в целом. Партнеры и соискатели узнали о нас больше, многие заочно познакомились с нами благодаря подписке на журнал. Интервью понравилось и нашим клиентам – отношения стали более доверительными...

Александр Гарашкин, генеральный директор компании «Фонд Квартир»