бизнес журнал

Сергей Журавлев: «Город стремится уйти под купол»

Сергей Журавлев: «Город стремится уйти под купол»

Исследователь Сергей Журавлев – о симбиозе интеллектуального и биологического, вынужденном отказе от сегрегации бизнеса и праве на управление своей территорией

Каков, на ваш взгляд, смысл трансформации территории?

Трансформация пространства сегодня тяготеет к мультифункциональности. Городские монофункции, ранее определенные генпланом, превращаются в зоны деятельности, проживания, производства, сервиса, отдыха и другие. Например, функция специализированных офисов перешла в коворкинг, место для домашней работы, совещаний, мозговых штурмов. Центры торговли превращаются как минимум в торгово-развлекательные комплексы, а многие уже становятся торгово-офисно-развлекательными. В скором времени туда войдут еще и производство, и жилье. Тогда они превратятся в мультифункции, город в городе.

Есть производства, которые сложно представить входящими в такие центры. Например, сталелитейные.

Это вопрос тренда. Один из трендов говорит о том, что роль металла в будущей экономике будет умаляться. Сталелитейное производство в той форме, что оно есть сейчас, может быть не нужным. Добыча металлов будет осуществляться иными способами, а производство деталей отойдет к 3D-принтерам по месту необходимости. Понятно, что как в городе, так и в экономике, атавизмы существуют всегда. Но когда говорим о будущем, мы стараемся понять, какие новые формы жизнедеятельности будут образовываться. Вопрос в том, что в перспективе будем делать, и ради чего сейчас стоит напрягаться?

Если говорить шире, то город стремится уйти под купол, то есть в сторону комфортного дома. Где не надо одеваться, раздеваться, двигаться, где ты можешь сообщаться друг с другом как виртуально, так и де-факто, не используя при этом сложные логистические схемы, переходы, перебежки, транспортные пересадки. Человек становится все более тепличным существом, ему нужна специфическая искусственная среда обитания – трансформация территорий идет и в эту сторону. Затем для тепличного человека понадобится профилактическая среда – готовая к тому, чтобы поддерживать его здоровье методом дубинки, все время заставляя блюсти себя, заниматься спортом, правильно питаться. Даже инвалидам, людям с ограниченными возможностями, технологии позволят жить полной жизнью. Например, колясочник будет передвигаться благодаря экзоскелету, незрячий человек – увидит благодаря системе искусственного зрения.

То, что вы говорите, соответствует «живому» городу?

Да, симбиоз материального и нематериального, интеллектуального и биологического неизбежен. Характер живых городов говорит о том, что генные технологии, биотехнологии, интеллектуально-когнитивные технологии и другие создали, наконец, прецедент, когда человек может дополнять природу. Он ее раньше разрушал, осваивал, побеждал, потом он пытался ее сберечь, а сейчас мы переходим в фазу, когда можем ее дополнять.


Сергей Журавлев, руководитель проектов Центра городских исследований Московской школы управления «Сколково», координатор русского клуба городских утопистов «ГОРОДДУМ». С 2008 года возглавляет коммуникационный проект «Российский Дом Будущего» медиахолдинга «Эксперт» реализуемый под девизом «Дом, Город, Россия будущего», вице-президент экологической организации «Подорожник», почетный член Совета по экологическому строительству, генеральный директор ООО «моДом.ком». 2012-2014 гг. – член Градостроительного Совета Фонда Сколково. Имеет обширный опыт в стратегии и управлении городским развитием, жилищной политике и социальных отношениях, социальных и технологических инновациях, градостроительстве и экологии.


И с вашей точки зрения, это тоже устойчивый тренд?

Это устойчивый тренд. Он абсолютно ложится на городскую среду. Это озеленение крыш и фасадов. Впускание  в город живой природы в ее естественном виде, создание искусственной природы в виде закрытых сфер с условиями, лишенными паразитов, к примеру. Это создание генномодифицированных продуктов, как бы мы к ним ни относились. Увеличение рождаемости, продолжительности и качества жизни, активное долголетие.

Очевидно, что 99% направлений, о которых вы говорите – это предпринимательство. Как бизнес будет входить в эти ниши?

Здесь есть две составляющих процесса. Бизнес, который стремится к масштабированию, вынужден в той или иной форме соглашаться с отказом от сегрегации. И мы это видим в лидерах экономики, они становятся все более очеловеченными. Это вынужденный и сознательный тренд. Вторая составляющая – когда понятие бизнеса сильно размывается, количество предпринимателей и предпринимательских функций начинает резко разрастаться. Со временем количество городских активностей будет превышать количество жителей. Каждый житель, проживающий в городе, может осуществлять несколько видов деятельности, одна из которых или три, или десять из которых могут быть предпринимательскими по типу. Соответственно, размывается само понятие предпринимательства, когда каждый человек и маленькое сообщество – это проектная команда по типу деятельности, по методу самообеспечения.

Более того, городские современные технологии уже идут к тому, что наше имущество скоро начнет автономно зарабатывать деньги. Можете себе представить, дом превращается в мегаактив и начинает пассивно приносить доход просто за то, что вы в нем живете. Как с роботом: купили его, занимаетесь чем хотите, а он приносит вам доход. С увеличением видов предпринимательской деятельности понятия «зарплата» и «найм» будут уходить в прошлое, на смену им придут самостоятельные договоры.   

Где берется предпринимательская активность при этой трансформации?

Логика предпринимателя индустриальной эпохи берет начало в ремесленной. Квалифицированные сообщества сами определяли стандарты, правила и качества, то есть СРО сегодня. В нашей логике это гильдии. Соответственно, они соуправляли своими бизнесами в лоббистской манере. Они всегда имели в своей гильдии долю социальной ответственности. Потом бизнес оторвался от корнейства, вышел за пределы территории, стал более глобальным и циничным. Когда некоторые из корпораций стали сомасштабны государствам, то уровень их цинизма вырос до конечного предела. «Прибыль ради прибыли», «деньги – наше все», «ничего кроме денег», «у бизнеса нет других целей, кроме как приносить деньги своим акционерам» – таковы лозунги ХХ века и производственной эпохи. Затем, конечно, мы перешли в постиндустриальный уклад, но тут возникла другая сложность. Общество и государство принуждают бизнес, а бизнес сопротивляется социальной активности. Но принуждая, мы следующим шагом увидим его политико-технологическую обособленность: бизнес тоже имеет право на управление своими территориями. Внутри бизнеса возникает четкое понимание или брендирование, что если я социально-активен, благотворителен – то я бизнес. Если я соучаствую с другими в улучшении среды обитания, то мой товар лучше продается. Эта закономерность выявлена, подход становится прибыльным, а экономика – другой. Раньше товар нес самоценность, а бизнес имел вторичную задачу, то есть ты мог не иметь бренда и быть неизвестным покупателю, но твой чайник продавался, потому что он чайник. Сегодня очень сложно продать просто чайник. Сегодня у него должен быть дополненный смыслами бренд (экологичность, благотворительность и т.п.). Социальная активность становится неизбежностью. 



Материал опубликован в журнале «Человек Дела» #11, сентябрь 2016




Livejournal
(Нет голосов)


Комментарии:


Ваше имя: 

Введите Ваше сообщение

:









Журнал Chief Time для iOS Журнал Chief Time для Android

 

ht
отзывы о журнале
x
отзывы о журнале
Главное, на что реагируют клиенты и партнёры – это большая фотография на обложке журнала «Человек Дела» и заголовок. Фото сделали хорошее. Эффект получился неплохой, многие очень позитивно отреагировали...

Даниил Плитман, Генеральный директор Swed-Mobil (официальный дилер Volvo на Северо-Западе)