бизнес журнал

Елена Краюшкина

Елена Краюшкина

Глава национально значимого бренда рассказала ЧД о том, почему народный декоративный промысел не загонишь в трафарет, за что на нее жалуются президенту и в чем актуальна советская система планирования.

Как так вышло, что ваша жизнь оказалась связанной с фабрикой?

Каждый ребенок, рожденный в Семенове, знает, что есть хохлома. И я, конечно, об этом знала. Но никогда не думала, что жизнь сюда меня принесет, потому что достаточно долгое время отработала в налоговых органах, потом в дорожно-строительной сфере, всегда была финансистом. Но однажды под Рождество, проходя мимо фабрики, подумала: ≪Вот бы когда-нибудь стать здесь руководителем≫. Это была шальная мысль, как, знаете, мечта о несбыточном. Но… Лет через восемь я стала руководителем этого предприятия. Сначала меня пригласили на должность главного бухгалтера, а буквально через год я стала директором. Этого года, конечно, оказалось мало. Все произошло быстро, будто по мановению волшебной палочки. Наверное, Рождество было волшебным.

Финансист перешел в глобальный менеджмент. Что вам пришлось добрать, доучить, доработать?

Чтобы восстановить учет, нужно было начать с цехов, с мест возникновения затрат. То есть сразу потребовалось выходить в коллектив. И получилось, что я с самого начала прошла технологический путь: с момента, как бревно поступает в обработку, и до продажи готового изделия. Я сразу поняла, что это все мое, что я этим заболела на всю оставшуюся жизнь. Пришлось узнать технологию, все цепочки и операции, применяемые материалы, производственные процессы. Я вживалась в работу, росла практически параллельно. И уже не могла разделить, где у меня цифры, а где реальное производство. Плюс нужно учесть, что крупное производство, в котором идет длительный технологический процесс и возникает много переделок, обязательно должно быть плановым. Без плана здесь ничего не получится. Поэтому постепенно подключилась система планирования.

Я начала замещать директора, который уезжал в командировки, – сбоев не было, и руководство практически осуществлялось в одном лице. Когда совет директоров, акционеров предложил мне директорский пост, я поняла, что справлюсь, и ничего нового для меня не открывается. Согласилась. Но могу сразу сказать, что потом пришлось приложить колоссальное количество усилий. Мой первый отпуск проходил с книгами по самым разным темам: от деревообрабатывающих станков до увеличения объема продаж. Многое пришлось изучить, познать, но, в общем-то, все удалось. Каждый руководитель понимает, что за должностью стоит огромный труд в нерабочее время. Тут уже сложно делить, когда оно рабочее, когда не рабочее.

chelovek_dela_15_feb_2017_SPB_ONLINE-057.jpg


ЗАО «ХОХЛОМСКАЯ РОСПИСЬ» с середины 1960-х годов и по настоящее время является крупнейшим производителем художественных изделий из дерева с хохломской росписью. На предприятии работают более 724 человек, в том числе 300 художниц, высококвалифицированных мастеров, формирующих художественную направленность творчества Хохломы. Более 260 сотрудников предприятия имеют почетные звания и отмечены государственными наградами. Вся продукция предприятия сертифицирована и защищена зарегистрированным на международном уровне товарным знаком СХР, что означает «Семенов. Хохломская роспись».

Какими особенностями обладает руководство столь необычным бизнесом?

На этом предприятии работать очень трогательно. Когда окунаешься в производство, поражаешься тому, что могут творить человеческие руки. Но этот фактор несет с собой риски. Все, что чувствует художник, он передает в работу. Очень сложно управлять такими людьми. Они могут быть обидчивыми, упрямыми, их сложно переубедить. Но они вкладывают душу и энергию в свой труд, посвящают делу жизнь и судьбу. У нас были случаи, когда люди уходили в поисках лучшей доли, уезжали на более высокую зарплату, а потом через два-три месяца возвращались и говорили, что не могут, просятся обратно. Конечно, таких людей берем, ценим, потому что это наш коллектив, в нем каждый болтик важен. А моя задача закрутить эти болтики, чтобы механизм работал.

На фабрике 750 человек, почему какие-то вещи нельзя отдать машинам? Почему народный промысел должен сохраняться в исконном виде?

Действительно, за 300 лет в технологии ничего не изменилось. Но в том и дело, что ее нельзя менять. Это уже будет не хохлома, а роспись по дереву. Если мы поменяем материалы, которыми пользовались наши деды и прадеды, то изделие будет непригодным для контакта с пищевыми продуктами и в быту. Может быть, получится просто красивая вещь и не более того. Все формы изделий интересны и уникальны, имеют разные изгибы. В прошлом году нас ввели в заблуждение, сказали, что якобы существуют такие 3D -принтеры, которые могут взять на себя отдельные операции. Но мы изучили вопрос – нет для нас таких принтеров. На сложных формах это не работает.

В росписи использование трафаретов также нецелесообразно. У нас работают профессионалы, которым быстрее написать рукой, кистью. Трафареты приведут к масштабированности, нельзя будет говорить об уникальности, которая нас сейчас отличает от подделок.

А главное, нам хочется сохранить статус народного хозяйства. Неправильно будет уйти в производство кружек с какой-то сублимационной графикой. Нам не нужен лишь мгновенный эффект. Мы задерживаем человека своим многообразием, уникальностью, которую ни один станок не выдаст. Душу мастера ничем не заменишь.

КАК ДЛЯ ФИНАНСИСТА ДЛЯ МЕНЯ ЦИФРЫ ВСЕГДА БЫЛИ НА ПЕРВОМ ПЛАНЕ – РЕНТАБЕЛЬНОСТЬ, ОБОРАЧИВАЕМОСТЬ. КОГДА Я УВИДЕЛА, ЧТО НА СКЛАДЕ ЛЕЖИТ ПРОДУКЦИЯ, ПОДУМАЛА, ЧТО НУЖНО СОКРАТИТЬ ПРОИЗВОДСТВО ПО НЕКОТОРЫМ ВИДАМ. ЭТО БЫЛА МОЯ САМАЯ БОЛЬШАЯ ОШИБКА

Сейчас рынок лихорадит, и, к сожалению, идет снижение продаж. Но если ты лично знаешь мастеров, в руках которых рождаются произведения искусства, то сделаешь для них все. Все, что возможно и нет, обобьешь пороги кабинетов, объяснишь чиновникам… Люди, которые тут работают, – это мой лучший стимул. Он в три раза усиливает мои физические возможности.

Чего сегодня не хватает такому национально значимому бренду, как «Хохломская роспись»? Какой поддержки? Помощи?

В первую очередь, нам не хватает координации всех ведомств в силу специфики, под  которую мы можем подпадать. Предприятие многогранно, оно задевает промышленную сферу, культурную, образовательную, выполняет воспитательно-патриотическую функцию. Очень бы хотелось, чтобы была прописана программа развития для художественных промыслов России, которые ценны, являются ее достоянием и одним из главнейших идентификаторов в мировом пространстве. Это не просто слова: было проведено большое количество опросов, что действительно представляется Россией. Помимо балалайки и медведя люди отмечают художественные промыслы. И нам всем нужна национальная концепция развития.

Например, на фабрике средний возраст работников 45–50 лет, то есть каждый год идет естественная убыль, люди выходят на пенсию, прекращают работать. Поэтому потенциал предстоящего десятилетия нужно как можно больше использовать и сохранять. Передать его последующим поколениям.

Какие меры или пункты такой программы могут быть реализованы в ближайшие год-два?

Это может быть защитный механизм со стороны государства. Для охраны национального бренда России можно разработать ряд законодательных проектов, которые остановят ввоз китайской матрешки на территорию страны. Такой механизм защитит нас от недобросовестных конкурентов, а покупателям позволит приобретать уникальные, безвредные, безопасные вещи.

Второй важный процесс – это возрождение интереса к своему достоянию. Почему, например, сейчас многие готовы покупать какие-то бренды за колоссальные деньги? Потому что бренд – это часть культуры. Купить бренд в виде материальной вещи, будь то сумка или часы, значит приобщить себя к истории, которая стоит за именем, к мастеру, который днями и месяцами творил этот шедевр. Такой подход нужно воспитывать, показывать, как создается оригинальное изделие.

Третье – образование. Почему бы в школах не изучать народное искусство? Можно несколько страничек посвятить и гжели, и жостовской росписи… Я вспоминаю, как в детском саду нас приводили на занятия в отдельный класс, где была мебель, расписанная хохломой. И каждый раз я выходила оттуда, как из сказки. Сегодня можно принять какие то меры, чтобы в высших учебных заведениях хотя бы на уровне нескольких человек закреплялось это мастерство и передавалось в будущее. В силу нашей удаленности от центра я не могу дать гарантий, что ремесло будет живо через 10 лет. Какой-то институт, училище нужно обязать сохранять эти навыки.

chelovek_dela_15_feb_2017_SPB_ONLINE-056.jpg


ХОХЛОМСКАЯ РОСПИСЬ – это традиционный художественный промысел русского народного декоративно-прикладного искусства. Возник в XVII веке в Нижегородской губернии и получил свое название от крупного торгового села Хохлома, куда на торги свозили деревянные изделия. Изначально хохломская посуда изготавливалась при монастырях и предназначалась для царского двора. В XIX веке хохломскую посуду можно было встретить в любом уголке России, а также в Персии, Индии, Средней Азии, США и Австралии. После Всемирной выставки 1889 года в Париже экспорт хохломских изделий резко увеличился. В 1916 году в городе Семенов была открыта Школа художественной обработки дерева, первые выпускники которой во главе с Г.П. Матвеевым организовали небольшую артель (1931), переросшую впоследствии в крупное производственное объединение Ордена «Знак Почета» «Хохломская Роспись».

Четвертая мера: должны остаться журналы и альбомы народного искусства у государства. Музейные запасники тоже должны пополняться, хотя бы когда идет эволюция, потому что с 1980 года не было пополнения запасников. Хорошо, что сейчас многие частные музеи несут эту ответственность, но рынок есть рынок, может прийти другой акционер. Что станет с этими заказниками? Они могут просто пойти с молотка. Государство должно защищать эти риски.

Расскажите о своих опытах и выводах, которые оказались полезными в становлении.

Первый ошибочный опыт был продиктован моим рациональным подходом к делу. Как для финансиста для меня цифры всегда были на первом плане – рентабельность, оборачиваемость. Когда я увидела, что на складе лежит продукция, подумала, что нужно сократить производство по некоторым видам. Вроде бы простое и логичное решение. Два месяца мы стали работать в усеченном режиме. В результате получилась недозагрузка художников, у них снизился фонд оплаты труда. К тому же, через несколько месяцев появился спрос, а на складе не было нужной продукции. И восстановить ее физически мы не могли. Люди начали искать новую работу. Тогда я поняла, что если ты прежде всего смотришь на финансовые показатели, то можешь потерять коллектив. А люди – это главная составляющая производства, и нужно думать о кадровом потенциале. Это была моя самая большая ошибка, потому что все остальное можно понять или исправить методом постоянных шажков, анализа.

Второе открытие: чтобы наладить планирование, мне понадобилось поднять большое количество архивов, методических пособий советских времен. И оказалось, что старые системы планирования могут быть эффективно использованы и в наши дни. Как ни странно, экономика была достаточно развита, механизмы, которые применялись на советской фабрике, актуальны в настоящем.

И третий важный вывод, который мне помог: нужно уметь отключаться. В тот или иной момент нужно просто остановиться, чтобы не потеряться в колесе забот. Иначе подорвешь здоровье или работу, так как физически с ней не справишься. Мне, наверное, год потребовался, чтобы этому научиться. Отсюда же еще полезный навык – правильно расставлять приоритеты. Когда идет бесконечный вал маркетинговых, производственных, управленческих, административных проблем, расставьте приоритеты и делегируйте задачи.

Фабрика большая, а город вокруг маленький. Вы занимаете здесь видную позицию. Как это влияет на вашу жизнь?

Действительно, заметность есть. И прежде всего, я на виду в коллективе. Он у нас очень женский – порядка 500 должностей занимают женщины. Руки у них заняты, но говорить они могут. Понятно, что моя персона – это повод к обсуждению. Поэтому оступиться нигде нельзя, нужно соблюдать все нравственные приличия, нести на себе конкретные обязательства. Но мне легко в этом плане, так как львиную долю времени занимает работа. Я всегда рядом с сотрудниками.

Что касается положения в городе… До меня все руководители фабрики были возрастные. Конечно, потребовалось завоевать уважение. Недавно меня избрали депутатом земского собрания, и голосовал округ, где проживают в основном наши работники. Думаю, это хороший показатель.

Перед самой собой у вас какие стоят задачи? Что вы хотите сделать на своем месте?

Так как я финансист, то хотелось бы выйти на точку безубыточности. Мы должны создать подушку безопасности на предприятии. Вторая цель – разработать программу, чтобы привлечь на фабрику молодежь. Я уже не первый раз подхожу к этой идее.

И сейчас еще много усилий трачу на борьбу с контрафактом. В 2015 году у нас были выиграны дела с сетью в Санкт-Петербурге, в 2016 году – с одним из крупнейших ритейлеров в Москве. Были доказаны случаи введения в заблуждение покупателей, когда их заведомо убеждали, что это продукция нашего производства. Все это маленькие победы, на которые приходится тратить большие усилия: и работа с силовыми структурами, и противостояние с нелегальным бизнесом, дважды были написаны на меня жалобы Президенту, но опять же оговорюсь, что все экспертизы подтверждали нашу правоту, так что эти жалобы заканчивались для той стороны ничем.

Не доходит до угроз?

И угрозы были. Но я отстаиваю интересы не свои, а интересы коллектива и национального достояния. Конечно, неприятно, но не страшно.

Как считаете, почему вы на этом месте оказались? Для чего вам эта роль?

Чтобы было интересно жить. Работа – это моя жизнь. И каждый день в ней разный. Один день мы готовимся к выставке, с художественным советом выбираем изделия, погружаемся в искусство, красоту. В другой день могу заниматься проблемами утечки теплотрассы, системами вентиляции, катастрофическими ремонтами, автопарками. В третий день могу выехать в лес, чтобы осмотреть заготовку. В четвертый день веду переговоры с оптовыми покупателями или представителями сетевых организаций. В пятый день занимаюсь новыми проектами по созданию бижутерии или одежды, контактирую с дизайнерами, организаторами фестивалей, образовательными форумами.

У меня разнообразная жизнь, и я благодарна предприятию за эту многогранность. Мне все интересно, в какой бы день какая задача передо мной ни стояла. Я стараюсь отдать всю себя, хотя, наверное, этим обижаю свою семью. Нужно ничего не упустить, чтобы все гаечки были закручены, чтобы все прошло без сбоев, чтобы не было брака, катаклизмов, чтобы художники имели время на творческое мышление. Это нужно спланировать и смотреть на все с перспективной хотя бы на несколько кварталов вперед. Пока у меня получается, и надеюсь, что это полезно для предприятия. Я не гнушаюсь любой работы, могу провести переговоры, сама поехать на выставку, набросать какие-то элементарные эскизы, потому что этим болею.

Если бы у вас появился целый свободный день, то вы бы…

Спала.

А целая неделя?

Это из области фантазии. Наверное, изучила бы литературу по деревообработке, материалы по розничной программе, так как в перспективе стоит задача по созданию розничной сети.

Какие у вас профессиональные планы?

Честно говоря, у меня более 12 часов уходит на работу. Я с 8 до 18.00 на работе, потом  прихожу домой и начинаю заниматься деловой перепиской, готовить приказы, распоряжения. На чтение почти не остается времени. А хочется больше отдавать себя профессиональным вещам, читать книги по маркетингу. Много времени уходит на финансовый анализ, поэтому он выполняется за счет выходных дней.

И очень хочется, чтобы состоялся какой-то человеческий отдых хотя бы на две недели в год: посмотреть новые фильмы, сходить за грибами, искупаться в море, с дочерью съездить за покупками. Да и чисто женские мечты есть – почаще бывать в салоне красоты. А задачи – они диктуются временем, текущая ситуация меняется постоянно, поэтому долгосрочных планов я не строю.


Интервью: Светлана Морозова
Фото: Павел Харитонов
Материал опубликован в журнале «Человек Дела» #1 (15), январь-февраль 2017


Livejournal
(Нет голосов)


Комментарии:


Ваше имя: 

Введите Ваше сообщение

:








Журнал Chief Time для iOS Журнал Chief Time для Android

 

ht
отзывы о журнале
x
отзывы о журнале

От имени Банка Интеза поздравляю всю команду премии «Шеф Года» с 10-летним юбилеем и лично ее основателя Тимофея Каребу! Предприниматели – это основа современной экономики, и премия «Шеф Года» помогает отмечать лучших в широкой гамме номинаций – это и «Прорыв», и «Забота», и «Меценат», и «Заслуженный» и «Молодой» шеф... 

Леонид Чен, И.О. Управляющего Северо-Западным филиалом Банка Интеза